Александр Токарев: перевод
4 заметки с тегом

перевод

Янглишизмы-3

А вот и третья серия янглишизмов в блистательном исполнении Яндекс.Переводчика:

• lapel pin = штырь отворотом
(на самом деле: булавка для лацкана)

• earsplitting crash = ушастая авария
(на самом деле: оглушительный грохот)

• straight-laced people = люди с прямыми шнурами
(на самом деле: люди пуританских взглядов)

• stand-up comic = стоячий комикс
(на самом деле: стендап-комик)

• i’m not special = я не спец.
(на самом деле: я не особенный)

…и наконец, янглишизм сезона:

• waist = шкафут
(Вообще-то waist — это талия. И вовсе не обязательно необъятных размеров, прямо вот с целый шкафут…)

2018   English   забавно   перевод

Янглишизмы-2

Если кто не знает, янглишизмы — это курьёзы механизированного перевода с английского на русский, выдаваемые иногда Яндекс.Переводчиком. Например, такие:

cellular metabolism = клетчатый метаболизм
(на самом деле: клеточный метаболизм)

sympathetic nervous system = участливая слабонервная система
(на самом деле: симпатическая нервная система)

cosmetically conscious = космически сознательный
(на самом деле: знающий толк в косметике)

pajama bottoms = пижамные днища
(на самом деле: штаны от пижамы)

stool test = испытание табуретки
(на самом деле: анализ стула)

Если вам тоже случалось отловить янглишизм — присылайте, опубликуем.

2018   English   забавно   перевод

Яnglish!

Намереваясь уточнить значение английского фразового глагола to stand somebody up (этот глагол, в контексте сказанного, означает «продинамить кого-либо»), захожу в толковый онлайн-словарь Collins, копирую оттуда англоязычную дефиницию-разъяснение в Яндекс-переводчик и получаю следующий перл:

Хмм… Возможно, в переводе пропущены пара запятых… а впрочем, кто знает, что Яндекс-переводчик в действительности имел в виду: кто кого встречал и кто на ком стоял.

Так или иначе, в честь этого случая с сегодняшнего дня подобные забавные ляпсусы механизированного перевода получают (не)официальное название — Янглишизмы.

P. S. Если вам тоже случалось отловить янглишизм — присылайте, опубликуем.

2017   English   забавно   перевод

Книга Норы Галь «Слово живое и мёртвое»

Вначале — небольшая предыстория.

Как-то раз в относительно недалёком прошлом я решил изменить к лучшему свой режим дня, чтобы повысить продуктивность в выполнении намеченных дел. Среди литературы на эту тему мне попалась интересная англоязычная книжка с кучей познавательных фактов и толковых рекомендаций, многие из которых я успешно внедрил в личную практику. Радуясь ценной находке, я горел желанием поделиться свежеобретённым знанием со всем прочим человечеством. И, поскольку на русском языке эта книга не издавалась, решил опробовать себя в качестве переводчика.

Сказано — сделано. Превозмогая июльскую духоту, я с головой погрузился в работу. Старательно перевёл четыре главы и отослал пробу в издательство. Перевод в издательстве получили, но, как бывает в случаях деликатных отказов, «не перезвонили».

И надо сказать, правильно сделали, ведь мой «первый блин», как мне самому по прошествии времени очевидно, изобиловал неровностями. Главный дефект был следующий: ввиду свойственного переводчикам-новичкам стремления поближе держаться к «букве» иноязычного текста, многие фразы и обороты потеряли естественность и резали слух, поскольку звучали не вполне по-русски.

Казалось бы, вот сраму-то! Столько лет учить английский — и не суметь внятно перевести нехитрую научно-популярную книжку! Однако, если разобраться, ничего странного или, тем более, стыдного. Разумеется, по ходу получения образования и за его пределами переводить случалось сотни, если не тысячи раз. Но ведь эти переводы были, по сути, «разговорно-технического» качества. Нигде — ни в школе, ни в вузе, ни на работе — меня не обучали специально художественному переводу художественных текстов. (В переносном смысле, меня учили красить заборы, а не рисовать картины.) Удивительно ли, что я понятия не имел о принципах литературного перевода и, более того, не особенно верил в их существование?

Тем с большим удовольствием я, спустя время, узнал, что принципы эти, к счастью, существуют. О них ведёт речь в книге «Слово живое и мёртвое» редактор, критик и признанный практик литературного перевода Элеонора Яковлевна Гальперина, более известная как Нора Галь.

Название книги на редкость точно соответствует её содержанию: это действительно сборник «живых и мёртвых слов» — удачных и не очень примеров перевода, сгруппированных по темам. Вот «развесистая клюква», вот (осторожно, не вступите!) канцелярская мертвечина, вот неудобоваримые сочетания французского с нижегородским… Наглядно, доходчиво, поучительно. При этом «Слово…» вряд ли можно назвать учебником в привычном смысле слова: теоретических выкладок, разложенных по пунктам, там нет (а хотелось бы). Да и сама автор именует свою книгу «отчасти справочником, наглядным пособием» и выражается о ней скорее как о стороннем продукте собственной многолетней редакторско-переводческой практики: «книжка сложилась». Что с этим всем делать начинающему переводчику? «Смотрите, сравнивайте и судите сами», — предлагает автор в предисловии. (Почти как в известной песне: «думайте сами, решайте сами…»)

Пожалуй, я воспользуюсь этой рекомендацией. И попробую самостоятельно сформулировать общие принципы литературного перевода — так, как я их понял, прочитав эту книгу. Итак:

1. Целостность — главный принцип художественного перевода.

Нора Галь упоминает целостности двух видов: целостность художественного образа и общую целостность переводного произведения. Насколько я понимаю, второе не достижимо без первого: верно подобранные слова, фразы и речевые обороты делают цельными (убедительными) художественные образы, которые, в свою очередь, обеспечивают целостность (ощущение стилевого единства и согласованности) всему переводу.

Применительно к художественному образу, целостность (цельность) означает убедительность для читателя, соответствие образа читательскому опыту, узнаваемость, правдивость, верность, реалистичность. И наоборот, нецельный образ — тот, столкнувшись с которым, читатель, как режиссёр при виде плохой актёрской игры, воскликнет: «Не верю!».

Чем достигается целостность перевода? В первую очередь — внимательным и добросовестным отношением к делу. И, конечно, практикой, в ходе которой усваиваются необходимые навыки, изучаются технические приёмы, совершенствуется чувствительность и интуиция («шестое чувство», «чувство правды», переводческое чутьё), расширяется кругозор, пополняется багаж общекультурных и специальных познаний… короче говоря, происходит то, что в сумме называется ростом мастерства.

Что может нарушать целостность перевода? Очевидно, недостаток культуры, образования или эрудиции переводчика либо редактора, невнимательность, лень и мн. др. Вот типичные образцы порождаемых этими причинами «словесного варварства», щедро проиллюстрированные примерами в книге:

— штампы и казённо-канцелярские обороты («канцелярит»);
— отглагольные существительные или нагромождения существительных в косвенных падежах вместо глаголов;
— парадоксальные, взаимоисключающие, неуместные сочетания (слова, не сочетаемые по смыслу, стилю или звучанию, национальной или социальной окраске, чувству или настроению);
— использование иностранной лексики при наличии равноценного русского выражения.

2. «Дух» подлинника превыше «буквы».

Приступая к работе, переводчику необходимо принять решение, чему он намерен отдать приоритет — «букве» подлинника (что означает: попытаться максимально точно скопировать формы иноязычного текста) или же «духу» (то есть, в первую очередь стремиться передать не столько формы, сколько смысл и эмоцию образов, составляющих художественную ткань исходного произведения).

«Буквальный» перевод в худшем проявлении — это мёртвая, бездушная и бездумная калька. Это формальное, дословное («рабское», по меткому выражению Норы Галь), копирование первоисточника без учёта специфики русской речи и смысловых тонкостей культурного контекста.

«Слово, взятое из подлинника механически, … не рождает живого образа, не передаёт ясно мысль иностранного автора… Чужой синтаксис выпирает, точно каркас плохого зонтика, так и хочется перевести всё это обратно на язык подлинника!»

Перевод в соответствии с «духом» подлинника — это перевод не столько слов, сколько целостностей — художественных образов (с сохранением смыслов и эмоций, содержащихся в них).

«Бережно сохранить и передать подлинник во всей полноте и многообразии, передать все оттенки мысли, чувств, стиля можно только отходя от буквы, от дословности, только средствами и по законам нашего языка. Иначе говоря, как очень точно сказал ещё Пушкин, то, что выразил на своем языке иностранный автор, надо перевыразить по-русски… Переводчик не следует покорно и слепо за подлинником, отбрасывает всё лишнее, перестраивает фразу по-русски, и она становится ясной, непосредственной, ей веришь.»

Следствие из второго принципа: степень свободы переводчика определяется требованиями верности «духу» (а не «букве»!) первоисточника.

Переводчик обязан сохранить не слово, а мысль и образ. Поэтому в переводе допустимо всё, что позволяет полнее, яснее и точнее передать стиль и замысел автора. Не копировать, а перевыразить и творчески воссоздать — вот истинная задача переводчика художественного текста.


Итак, у меня получилось выделить два общих принципа и одно следствие.
Напоследок — «вопрос-ответ» для закрепления материала:

Вопрос: Каким должен быть хороший литературный перевод?

Ответ, собранный из пяти цитат из книги:

«Переводная книга должна всё же стать явлением русской литературы, должна читаться так, как будто она написана по-русски, а не на каком-то особом гибридном языке”. [Для этого переводчику нужно подобрать] равноценную по мысли и чувству замену …для каждого слова и речения, …чтобы читатель воспринимал перевод так же, как на родине автора воспринимают подлинник. …Переводить надо не слово, не букву, а дух и смысл, …заключённый в нём здесь, в духе целого, образ».


[Дополнение] Не могу удержаться, чтобы не процитировать один необычайно зрелый читательский отзыв на эту книгу: «Книга оказалась небезынтересной. Но какая же… занудная, что ли. … Всю полезную информацию можно уместить буквально на нескольких страницах. … Книга „Слово живое и мертвое“ в чем-то мне помогла. Подкинула дофига клевых и моднявых вордов. Хотя это можно было сделать и более легким путем». (Отсюда.)

Читать книгу на мемориальном сайте Норы Галь
Купить бумажную версию

2017   книги   перевод