Александр Токарев

Книга Дэвида Роуза «Будущее вещей»

Дэвид Роуз — изобретатель, предприниматель и преподаватель медиалаборатории Массачусетского технологического института. В книге «Будущее вещей» он делится своим видением того, какими путями могут далее развиваться технологии, и чему следует отдавать приоритет, разрабатывая дизайн вещей будущего.

Четыре пути развития технологий будущего

По мнению Роуза, на сегодняшний день есть четыре основных ветки развития технологий и дизайна, которые он называет технологическими «мирами»:

1. Мир терминалов («Деспотия стеклянных пластин») — по существу, дальнейшая модификация всевозможных устройств с экранами. К этой категории относятся не только собственно терминалы, но и, конечно же, персональные компьютеры и смартфоны. Похоже, автор книги совсем не в восторге от этого направления: по его словам, эти устройства «пассивны и безлики, они просто ждут ваших указаний… Смартфон не в состоянии реализовать какое-либо фундаментальное человеческое стремление с эффектом очарования.»

2. Мир технопротезирования — технологии носимой, встраиваемой в организм человека электроники, делающие из человека «сверхчеловека», или, словами автора, «постчеловека». Уже сегодня сюда можно отнести, например, экзоскелеты и очки дополненной реальности типа Google Glass, индикацию на лобовом стекле транспортных средств и т. п. Эти вещи вдохновляют Роуза куда больше, однако ему очень не хотелось бы, чтобы подобные технологии использовались бы исключительно в военных целях:

«Я хочу увидеть бионического музыканта, изобретателя, архитектора, градостроителя! Подумайте только, каких высот добились бы такие киборги в своем деле!»

3. Мир технологий, заимствующих человеческие черты — это различные варианты антропоморфных социальных роботов, способных вызывать у людей эмоциональную реакцию. Пример из современности — бытовой робот-пылесос Roomba или робот-андроид Асимо от Honda:

Робот-андроид Асимо производства Honda Robotics

Такие устройства будут стараться расположить нас к себе, сформировать привязанность, имитируя человеческие отношения. Чтобы люди эмоционально привязывались к вещам, дизайнеры, ответственные за облик роботов, игрушек и сотен других вещей эксплуатируют эффект под названием «неотения» — умиление, который обычно вызывает детский облик (большие глаза, непропорционально большая голова и т. п.)

Стирание границы между человеком и машиной ставит серьёзнешие моральные дилеммы; к тому же роботизация уже сегодня ставит под угрозу жизнь людей:

«Беспилотники, наиболее впечатляющий и широко используемый тип робототехники сегодня, нарушают все три постулата [три закона робототехники, сформулированные писателем-фантастом Айзеком Азимовым в рассказе Хоровод]. Они созданы для убийства и причинения вреда человеку (первый закон), они повинуются приказам, которые подразумевают нанесение вреда человеку (второй закон), и заботятся о своей безопасности только для того, чтобы и дальше нарушать первые два закона (третий закон).»

4. Мир волшебных вещей. Волшебными вещами автор называет обычные вещи, ставшие необыкновенными  — и при этом сохраняющие способность вызывать эмоциональный отклик:

«Волшебные вещи начинаются как обычные предметы — ручка, кошелек, ботинок, лампочка, стол. Потом эти обычные вещи дополняются — расширяют свои возможности встроенными сенсорами, приводами, модулями беспроводной связи и процессорами, становясь необыкновенными. Преображённый технологиями объект обретает таким образом новую силу и расширяет области своего применения. Получив доступ к Сети, он становится более полезным, информативным, удобным для восприятия и пользования. Превращаясь из обычной в необыкновенную, вещь вызывает новый эмоциональный отклик и делает вашу жизнь более насыщенной.»

Почему автор именует такие вещи волшебными? Во-первых, потому, что, как гласит цитата, вынесенная в эпиграф книги, «любая достаточно развитая технология неотличима от магии». Во-вторых, подобные предметы задолго до своего реального появления были описаны в мифах, народных сказках и прочих фантастических произведениях. Это не случайно, ведь магические предметы воплощают наиболее желанные для людей стремления и сверхспособности:

Всеведение: желание обладать огромными знаниями, в том числе о будущем.
Телепатия: желание иметь доступ к мыслям и чувствам окружающих.
Неуязвимость: желание обладать защитой от любых угроз.
Бессмертие: желание быть здоровым и жить вечно либо очень долго.
Телепортация: желание легко, быстро и с удовольствием перемещаться в пространстве, жить вне физических границ и пределов.
Самовыражение: желание быть продуктивным, полностью выражать себя всеми доступными средствами.

Волшебные объекты формируют особые, доверительные взаимоотношения с человеком благодаря способности уважать наше время и внимание. На основании наблюдений и личного опыта автор выделяет семь качеств волшебных объектов, которые несвойственны вещам мира терминалов, робототехники и технопротезирования.

7 качеств волшебной вещи:

1. Преаттентивность (буквально: «предшествование вниманию») — способность вещи выполнять свою функцию предельно понятным человеку способом, требующим минимум умственных усилий. Например, преаттентивный дисплей даёт человеку ровно тот объем информации, который необходим и достаточен для принятия решения, без перегрузки лишними деталями. Это позволяет человеческому мозгу отлавливать нужную информацию в фоновом режиме, «краем глаза», отсеивая всё ненужное — и делать это невероятно быстро (всего за четверь секунды!)

2. Управление жестами. Как сделать, к примеру, мусорное ведро волшебным? Элементарно! Пусть оно открывает крышку в ответ на приближение руки к нему:

Сенсорное мусорное ведро simplehuman® Butterfly

Автор книги пошёл ещё дальше и разработал для Amazon прототип мусорного ведра, который считывает штрихкод и может заказать по интернету товар, упаковку которого вы только что выбросили.

3. Доступность. Падение цен на вычислительную технику позволяет изобретать всё новые способы её встраивания в привычные объекты, а сопутствующие наценки оказываются настолько малы, что остаются просто незамеченными потребителем. (К примеру, встраивание камеры и беспроводного датчика обходится меньше, чем чашка кофе.)

4. Носимость. Волшебные устройства должны быть портативными, но при этом удобными в использовании. К примеру, камера Google Clips, полностью управляемая самообучаемым искусственным интеллектом, весит 43 грамма:

Камера Google Clips

5. Долговечность. Волшебные вещи могут быть практически не подвержены износу и служить вам десятилетиями. Пример: кофейный столик слушает вашу беседу и распознает в ней имена и названия мест, отмеченных в Facebook, и, как только он обнаруживает совпадение, снимки выгружаются на экран, вмонтированный в столешницу. При этом экран — прочный и водонепроницаемый, и легко переживёт пролитую на него чашку кофе.

Должен заметить, что, в отличие от Дэвида Роуза, я не очень-то верю в долговечность технологических устройств. Во-первых, технологические новинки слишком быстро эволюционируют, вытесняя одна другую и зачастую теряя обратную совместимость. Скажем, будете ли вы продолжать пользоваться вашим любимым DVD-проигрывателем, если индустрия вовсе перестанет выпускать DVD-диски? Станете ли вы ремонтировать ваш любимый блендер, если стоимость ремонта почти равна стоимости нового прибора?.. Во-вторых, компании, производящие электронику, обычно не склонны бывают делать их долговечными, ведь это им попросту невыгодно. Наоборот, чем быстрее устройства будут выходить из строя, тем чаще вы будете покупать новые, не так ли?

6. Удобство пользования. Это, наверное, понятно без каких-либо дополнительных объяснений. Чем удобней вещь, тем она волшебней, даже если она в других отношениях совершенно обычная.

7. Способность объекта вызывать эмоцию, или импонирование, возникает в основном благодаря приданию неодушевлённым устройствам человеческих черт, особенно детских и вызывающих умиление.

«Никому не нужны грубые, неотёсанные, навязчивые, оглушительно громкие вещи. Однако они могут постоянно демонстрировать нужду в заботе и внимании подобно тамагочи… Устройства и услуги (а также их создатели) должны обладать хорошими манерами, если мы хотим, чтобы их владельцы пользовались ими долго и счастливо.»

Пример волшебного устройства: Ambient Orb

Дэвид Роуз демонстрирует Ambient Orb (фото: Robert Spencer/AP, wbur.org)

Автор книги Дэвид Роуз — не только писатель и учитель, но и изобретатель. Ему принадлежит идея светящейся сферы Ambient Orb, которая может в режиме реального времени отслеживать интересующую вас информацию, доступную онлайн, и сигнализировать об этом при помощи изменения своего цвета.

«Например, вы можете выбрать индикацию содержания аллергенной пыльцы в воздухе с привязкой к району вашего проживания, чтобы заранее приготовить свои антигистаминные таблетки. Сфера может проинформировать о том, подходит ли скорость ветра для того, чтобы выйти в море под парусом, или о том, как меняется курс ваших акций на бирже. Вы можете изменить предмет отслеживания в зависимости от своих потребностей, или сезона, или того, что беспокоит лично вас — например, рейтинг этой книги на Amazon…
Задачей сферы не является передача информации в деталях. У нее нет экрана, на котором отображались бы конкретные числовые данные о проценте пыльцы в воздухе, скорости ветра или ваших потерях на бирже. „Прочитать“ ее можно в долю секунды, и она является волшебным объектом именно потому, что требует так мало внимания.»

Демонстрация принципа работы Ambient Orb (на английском):

Купить электронную версию книги «Будущее вещей»

Сколько английских слов вы знаете?

Каков объём вашего персонального английского словаря? Наверное, точный ответ сокрыт в глубинах вашего подсознания, и чтобы узнать его, понадобится прибегнуть к услугам гипнотизёра. А вот приблизительный объём вашего английского вокабуляра можно прикинуть довольно просто и быстро, при помощи онлайн-теста.

Устроен он так: в предложенном списке нужно отметить слова, значение которых вам известно, и на основании ваших ответов тест предполагает, какое количество слов вы можете знать. (Логика, насколько я понимаю, примерно следующая: если вы знаете слово «ключ», то вам, очевидно, также известны слова, связанные с ним по смыслу и контексту использования, например, «замок», «дверь», «открывать», «закрывать», «ключевой» и т. п.)

А чтобы повысить точность, можно пройти подобный тест на трёх разных сайтах, сложить полученные результаты и поделить их на три. Итак…

Тест № 1: TestYourVocab.com.
Независимый американо-бразильский исследовательский проект, целью которого, в частности, является сравнение скорости наращивания словарей родного и иностранного языков. По заверению разработчиков, тест подходит всем, от маленьких детей до профессоров вузов.

Мой результат: примерно 14200 слов


Тест № 2: VocabularySize.com.
Разработан в 2010 году специалистами Школы инженерных наук и информатики Университета Виктории в Веллингтоне (Новая Зеландия). Есть русский интерфейс (см. выпадающий список в правом верхнем углу).

Мой результат: примерно 18500 слов


Тест № 3: Puzzle English.
Отечественная разработка: онлайн-платформа для самостоятельного изучения английского языка с упором на практику понимания на слух. Интересная особенность теста — «индекс честности»: в процессе прохождения тест периодически проверяет, действительно ли вы понимаете значение отмеченных вами слов.

Мой результат: примерно 16600 слов.


Мой средний результат:
(14200 + 18500 + 16600) ÷ 3 = 16400 слов.

Много ли это? Смотря с чем сравнивать. По заверениям VocabularySize.com (см. таблицу), носитель языка знает где-то около 20000 слов. Мне кажется, это, скорее, нижняя граница нормы. Скажем, в англо-русском словаре Мюллера, по которому я учился в школе, числилось 53000 слов. В третьем издании New Oxford American Dictionary — около 350000 слов и фраз. Опять же, словари словарями, но прежде всего сами люди, носители языка, очень разные бывают; у каждого свой возраст, уровень образования, образ жизни и, соотвественно, словарный запас: одно дело — сельский фермер, а другое — профессор лингвистики. Полагаю, в этом отношении к фермеру я значительно ближе.

2018   English

Донер-веттер!

Вывеска Донеретт

См. вывеску. В хитпараде странных решений в графическом дизайне, эта вывеска — однозначно на одном из первых мест.

Для чего было выделять «ЕТТ», которое лупит с вывески белым светом, как фонарь в ночи, — я, допустим, догадываюсь. Должно быть, по замыслу заказчика это нужно, чтобы выделить слово «ДОНЕР» (шаурма, по-научному), которое более-менее известно широкой публике.

Но вот переносить это визуальное решение на слово «пекарня» — это как-то уж совсем за пределами добра и зла. Потому что из одного вполне осмысленного русского слова получилось два совершенно бессмысленных: «ПЕКАР» и «НЯ». Бррр.

Уважаемые собственники торговой марки! Много ли толку от такого бессмысленного цветового выделения? Если вы опасаетесь, что вас не опознают — зря переживаете: глядя на витрину, ежу понятно, что торгуете вы шаурмой и выпечкой, а не гуталином. Если вам очень хотелось использовать в логотипе два цвета, ну и написали бы одно слово целиком оранжевым, а другое — белым (вариант, понятное дело, простейший, и не единственный, но уж точно более чёткий и внятный).

А в текущем состоянии получается смысловая фигНЯ.

Любовь сильнее покемонов

В далёком 2016 году я искал какое-то определение в Google. Набрав «what is» («что такое…»), я получил вот такой список наиболее актуальных на тот момент пользовательских запросов:

Похоже, из всего того, что англоязычная аудитория хотела бы спросить у всезнающего интернета, главным тогда был один, но пламенный вопрос: да какой же, в конце концов, у каждого из них IP-адрес?!

Практически столь же мощную познавательную тягу вызывала злободневная игра про розыск покемонов у себя в шифоньере и прочих неожиданных местах. Любовь интересовала публику в третью очередь, опережая, однако, папилломавирусы человека (hpv) и даже — кто бы мог подумать! — великий и могучий секс.

Сегодня, в 2018-м, я снова задал Гуглу тот же самый незавершённый вопрос «what is…»
И получил следущее:

Итак, что же мы наблюдаем, друзья? Возможно, под влиянием не столь давно прошедшего праздника Св. Валентина, любовь — на первом месте… Что, в свою очередь, заставляет всерьёз задуматься: а может, она для нас, людей, и вправду поважнее покемонов? Или это всё-таки что-то сезонное?

Вперёд — значит направо

Логотипы являются собственностью компаний-правообладателей.

Движение прежде всего

Какие ассоциации должен рождать логотип фирмы, которая занимается доставкой? Полагаю, в первую очередь, ассоциацию движения, ибо оно лучше всего передаёт суть услуги по перемещению объектов в пространстве. Ассоциация скорости (ускорения) также отлично подойдёт, ведь мы, потребители, чертовски нетерпеливы: нам хочется, чтобы вожделенный предмет оказался у нас как можно быстрее, в идеале — мгновенно. Ассоциации удовольствия или удовлетворения тоже годятся — ведь именно это является нашей глубинной и истинной целью при заказе товаров и услуг, разве нет?

Итак, о движении. Как передать идею движения в неанимированном логотипе, состоящем главным образом из буковок, которые сами по себе неживые и бегать не умеют? Как правило, с помощью наклона: буквы немного наклоняются вперёд, напоминая спринтеров на старте.

О направленности движения

Поскольку речь идёт о логотипах фирм, занимающихся доставкой, важно не только само движение, но и его направленность: ощущение движения вперёд, продвижения, подскажет клиенту, что товар будет доставлен быстро. Движение назад или стояние на месте намекнёт на то, что придётся подождать, а мы, клиенты, этого страсть как не любим.

Однако наш логотип живёт в двухмерном пространстве, где есть «лево и право», «верх и низ», но нет «переда и зада». Допустим, буквы имеют наклон. Как определить, куда именно движется логотип, вперёд или назад?

«Вперёд» — это куда?

На этот вопрос легко ответить, если вспомнить, что логотип — это, по существу, кусочек текста. А текст происходит откуда? Исторически — из-под человеческой руки он происходит. Человек пишет текст, последовательно выводя букву за буквой. Куда движется рука, пишущая буквы (и глаза, которые читают написанное), то направление движения и будет восприниматься как «правильное» или «естественное» при восприятии логотипа. Это и будет «вперёд». В эту сторону и нужно наклонять буквы и прочие графические элементы, если вы хотите выразить идею движения вперёд, продвижения и ускорения.

При этом, если ваш логотип предназначен для публики, которая пишет и читает слева направо (например, русскоязычной или англоязычной), то «естественным» и «правильным» направлением движения, создающим эффект движения вперёд (а не назад), разгона (а не торможения), будет >> слева направо >>. Если же ваш логотип предназначен для публики, для которой привычней и естественней читать справа налево (например, жителей арабских стран или израильтян), то правильным будет обратное направление.

Как быть, если целевая аудитория пишет сверху вниз и справа налево, как японцы? Не знаю. Думаю, лучше спросить у них. В любом случае, важно, чтобы все элементы логотипа устремлялись в какую-то одну сторону, чтобы не создавать визуальный и смысловой разнобой.

Примеры

На картинке вверху — примеры логотипов известнейших фирм, занимающихся доставкой. Анимация воспроизводит последовательность, в которой эти логотипы считываются в «слевонаправной» письменной культуре. Накладываясь на привычное представление о «правильном» или «естественном» направлении движения, логотипы вызывают ощущение движения вперёд.

Графические элементы также работают на идею продвижения вперёд, усиливая её: у DHL — наклон букв вправо, молния-зигзаг и три прямые горизонтальные линии-рельсы; у FedEx — белая стрелочка (пространство между буквами «E» и «x»), указывающая направо; у USPS — все элементы наклонены вправо, орёл (символ мощи и скорости) также смотрит направо; у Amazon — стрелочка (символ доставки «от» и «до») и одновременно улыбка (привет, удовольствие от покупки!) указывает в правую сторону.

А что, если?..

А что, если не учитывать эти особенности восприятия? Что если текст будет читаться слево направо, а графические элементы — справа налево? Получится «тянитолкай», визуальное противоречие. См. логотип на фото: буквы прочитываются слева направо, а стилизованное изображение грузовика — справа налево. В результате логотип не движется ни туда, ни сюда, как бы стоит на месте, а вертикальная симметрия усиливает ощущение статики:

Логотип является собственностью компании-правообладателя.

А тут — кто куда, прямо как в басне Крылова про лебедя, рака и щуку: ослик с кирпичом (фирменный знак) едет налево, текст «ослик венди» (логотип) и тэглайн выровнены по вертикали и стоят на месте, три белых строчки текста читаются слево направо, но чёрная подложка мощно тянет их в противоположную сторону, «против шерсти»:

Логотип является собственностью компании-правообладателя.

Янглишизмы-2

Если кто не знает, янглишизмы — это курьёзы механизированного перевода с английского на русский, выдаваемые иногда Яндекс.Переводчиком. Например, такие:

cellular metabolism = клетчатый метаболизм
(на самом деле: клеточный метаболизм)

sympathetic nervous system = участливая слабонервная система
(на самом деле: симпатическая нервная система)

cosmetically conscious = космически сознательный
(на самом деле: знающий толк в косметике)

pajama bottoms = пижамные днища
(на самом деле: штаны от пижамы)

stool test = испытание табуретки
(на самом деле: анализ стула)

Если вам тоже случалось отловить янглишизм — присылайте, опубликуем.

Скажите, как её зовут?

Полина Анжелика

Читая эту табличку на двери купе проводницы, я секунд пять буксовал, пытаясь вычислить, какая же из двух этих прекрасных женщин образцово заботится обо мне хмурым мартовским утром. Вероятно, Полина — ведь её имя набрано заглавными буквами и указано первым? Или, может, это один и тот же человек, просто у проводницы двойное имя на французский манер — типа, Элен-Мари, Виржини-Стефани, Линда-Жоржетта?..

В результате до меня, конечно, дошло, что первое — это фамилия «По́лина», с ударением на первый слог. (Спасибо её обладательнице за утреннюю разминку для моего мозга.)

Между прочим, этот вариант сочетания женского имени с имяподобной фамилией, который сбивает с толку при чтении, вовсе не единственный. По идее, все женщины, чей папа или муж носит фамилию Августин, Аделин, Алевтин, Алин, Альбин, Акулин, Ангелин, Антонин, Галин, Дарин, Ирин, Карин, Каролин, Кристин, Марин, Магдалин, Мартин, Октябрин, Регин, Сабрин, Харитин, Христин или Элин (список не исчерпывающий), регулярно сталкиваются с просьбой незнакомых людей пояснить, что же у них имя, а что — фамилия.

P. S. Обратите внимание на разницу в написании русского и английского названия должности. В английском, почему-то, просто «кондуктор», — и ни слова насчёт образцового обслуживания. Но почему, Холмс? Неужели мы, англичане, не вправе на него рассчитывать?

Сэр, ты меня уважаешь?

Пиктограммы на стекле в Московском метро

Если вы регулярно ездите на Московском метро, то эти пиктограммки на окнах, напоминающие, кому надо уступать место, видели, наверное, так часто, что давно перестали их замечать. Но я сейчас не о них, а о двух надписях, которые под ними: одна, покрупнее, по-русски, другая, помельче — её английский перевод. Я смотрел на эти надписи бесчисленное количество раз. Но лишь недавно с удивлением осознал, что их содержание не идентично.

Разница в том, что в русском тексте присутствует фраза: «Уважайте друг друга». В английском переводе этой фразы нет.

Друзья! Объясните мне, пожалуйста, почему Московское метро не считает нужным напоминать своим англоязычным пассажирам, чтобы они друг друга уважали? Они ведь наверняка не в курсе! Также не лишним было бы напомнить им (по-английски, естественно!), чтобы не плевали на пол шелуху от семечек, не мочились в вагоне и не блевали на эскалаторах. Пусть знают, шельмецы, что приехали в культурное место!

2018   метро

Анализ креатива. Бесплатно!

Реклама — это коммуникация, направленная на формирование желаемого поведения. Предположим, мимо нашей булочной идёт проголодавшийся прохожий. Как изменить его поведение таким образом, чтобы он, вместо того, чтобы пройти мимо, зашёл бы к нам и купил наши булочки? Наверное, для этого надо как-то привлечь его внимание, например, разместить на фасаде привлекательную вывеску. При этом наша вывеска должна быть на понятном этому человеку языке. Потому что если, желая быть оригинальными, мы вместо «булочная» напишем, к примеру, «яанчолуб», то вряд ли сумеем заманить клиента в наш магазин. Просто потому, что он нас не поймёт. И вообще, плевать он хотел на весь наш модный креатив: ему бы поесть, да побыстрее.

1) Привлекать внимание и 2) быть понятным: для эффективного рекламного сообщения оба эти условия обязательны. Привлекательную, но непонятную рекламу аудитория заметит, но не изменит своё поведение желаемым образом: товар не купит, услугой не воспользуется. Для рекламодателя это означает, в лучшем случае, впустую потраченные деньги, в худшем — подмоченную репутацию.

Для начала взгляните на постер и скажите: что нам предлагают купить?

Рекламный постер на остановке

Ну а теперь, как и значится в анонсе, произвожу подробный анализ рекламного креатива. Совершенно бесплатно!

Как по-вашему, привлекает ли постер внимание? По-моему, ещё как. Стало быть, первому критерию эффективной рекламы он соответствует. Однако, как мы с вами помним, этот критерий — не единственный и сам по себе ещё мало о чём говорит. Потому что знаете, какую реакцию этот постер у меня вызвал? Когнитивный диссонанс. Проще говоря — ступор. Потому что сходу я вообще ничего не понял.

Скажите, кто изображён на постере? Мне, допустим, представляется, что это гангстер: весь в чёрном, он угрожающе надвигается из темноты, пряча лицо под шляпой; для полноты сходства не хватает разве что сигары и пулемёта Томпсона. А может, это наркодилер: уж очень фраза «холестерин бесплатно» напоминает известное предложение «первая доза бесплатно». Или контрабандист, который распахивает пальто и демонстрирует образцы товара клиенту. (И — нет, это не эксгибиционист: нижнее бельё в виде майки присутствует.) Так или иначе, это некий представитель криминального мира, и для меня это образ скорее негативный. Во всяком случае я точно не склонен покупать что-либо у подобных субъектов. А вы?

Теперь давайте посмотрим, что означенный персонаж нам предлагает. Холестерин бесплатно? Хмм… Вот я, допустим, отнюдь не врач-диетолог или кардиолог, которые осведомлены о существовании «плохого» и «хорошего» холестеринов и в деталях представляют себе картину их непростых взаимоотношений. Я — обычный, среднестатистический обыватель, мёрзнущий на остановке в ожидании автобуса. Что мне известно про холестерин? Главным образом, что холестерин, особенно «высокий», — это зло: об этом написано, кажется, на каждой бутылке с подсолнечным маслом. И вы спрашиваете, нужно ли мне зло? Спасибо, нет, не нужно. Ни бесплатно, ни за деньги.

Кстати, если не затруднит, растолкуйте: для чего наркодилер демонстрирует майку цвета венозной крови с изображением сердца и ЭКГ? Что означает этот драматический и загадочный жест? «Братан, налей, трубы горят, на сердце чё-та неспокойно?» Или, может, проблемы со здоровьем? Последнее, между прочим, хоть как-то объясняло бы всю эту запутанную историю: допустим, у наркодилера избыток холестерина, и он готов отдать этот холестерин забесплатно всем желающим. (Ну вдруг это кому-нибудь нужно. Я же не врач, не всё могу знать.)

Стоп, а может, это не коммерческая, а социальная реклама? Может быть, таким образом нам транслируют: «Граждане, будьте бдительны! Раздумывая, где бы сдать анализы подешевле, остерегайтесь предложений от сомнительных лиц и организаций!» В этом случае гангстер, скрывающий глаза под шляпой, мог бы служить вполне убедительным символом мошенника. Ан нет: чуть ниже я обнаруживаю набранный мелким текстом подзаголовок, раскрывающий (наконец-то!) суть рекламного предложения — «определение уровня холестерина в крови». И понимаю, что «холестерин бесплатно» — не шутка. И самое главное: мрачная фигура в чёрном, как это ни парадоксально, представляет отнюдь не вымогателей-конкурентов и прочих «сомнительных лиц», а самого рекламодателя: ведь именно он предлагает эту услугу.

Что я могу сказать? Кто платит, тот и музыку заказывает. Если рекламодатель сознательно желает ассоциировать себя с представителем криминального мира  — почему бы и нет, тем более за свои-то деньги. В том, что этот постер отлично привлекает внимание, я также не сомневаюсь. Мои сомнения как арт-директора касаются двух других моментов.

Первый момент: я сильно сомневаюсь, что данный постер чётко и недвусмысленно доносит до аудитории суть рекламного сообщения. Почему я так считаю, и почему одной визуальной привлекательности маловато, — я детально объяснил выше.

Второй момент: не думаю, что использование «негативного» образа (гангстера, наркодилера и прочих представителей криминала) способно укрепить доверие к фирме, предоставляющей услуги в сфере здоровья. Причина в следующем: многие вполне законопослушные граждане охотно смотрят фильмы про мафию, восторгаются крутизной и лихостью изображаемых в кино представителей «теневой стороны», и с удовольствием распевают блатные песни в хорошей компании за рюмкой чая. Однако, внимание: всё это — сфера развлечений, вполне безопасное заигрывание с образами чего-то недозволенного, запретного. Как только дело доходит до действительно важных, жизненно-значимых вопросов, а именно — здоровья и денег, тут наш брат-обыватель завсегда выбирает надёжность, надёжность и ещё плюс сто пятьсот раз надёжность. Потому что здоровье и деньги — это как раз то, чем люди, как правило, готовы рисковать в наименьшей степени. А образы криминального мира неизбежно несут в себе импульс угрозы, повышенного риска и опасности. Поэтому я, например, вряд ли склонен доверить свои сбережения банку «Гопстопбанк», а здоровье — медцентру «Весёлый Роджер». А вы?

[UPD:] А вот анализ социальной рекламы.


Нужна консультация по рекламному креативу? Обращайтесь.