Антифотография

Антифотография

Керосиновая лампа 3D

Как-то лет …надцать назад один мой коллега-дизайнер поделился необычным, можно сказать, авторским взглядом на трёхмерную графику. 3D, заявил он, — это своего рода антифотография.

«Это как?» — переспросил я, будучи не в силах истолковать услышанное. Необходимо добавить, что упомянутый коллега был не только многоопытным дизайнером-полиграфистом, но и вообще разносторонне одарённой и продуктивной личностью: сочинял музыку, верстал сайты, мастерил игрушки на флэше и даже делал какие-то вещи в 3D (и, надеюсь, продолжает в том же духе). Неудивительно, что его мнение по вопросам креатива было для меня, новичка в графическом дизайне, интересно и значимо. Но это заявление звучало как-то уж совсем заумно, на грани ереси. Как его следовало понимать?

Дело в том, пояснил мой умудрённый друг, что и 3D-графика, и фотография — во всяком случае, рекламно-креативно-художественная 3D-графика и фотография — преследуют одну и ту же цель: сделать картинку как можно привлекательнее. Но добиваются этого противоположными средствами.

Фотография имеет дело с реальностью, которая, как известно, изобилует несовершенством. Поэтому реальных людей-моделей перед съёмкой приходится гримировать и прихорашивать, скрывая с помощью косметики и одежды всевозможные дефекты внешности. (Я уж не говорю про последующую ретушь в Фотошоп, в котором, по выражению другого моего приятеля, из любой вороны можно сделать Элвиса Пресли.) Реальные предметы для рекламной съёмки также нужно брать в идеальном состоянии, но и их необходимо дополнительно готовить к съёмке: сдувать пылинки, избегая ненароком оставить отпечаток пальцев и т. п. То есть, фотограф изначально берёт «недостаточно идеальный» предмет и тщательно обрабатывает, шлифует его с помощью света, цвета, композиции и ретуши. Короче, приближает к идеалу. Но и в этом надо знать меру: «Так не бывает», подсказывает нам рассудок, когда мы разглядываем отфотошопленное лицо знаменитости на глянцевой обложке — с лоснящейся пластиковой кожей без пор, изумрудно-сапфировыми глазами и зубами цвета офисной бумаги.

Трёхмерная графика, наоборот, изначально имеет дело со «слишком идеальным» материалом — виртуальной компьютерной моделью, которая полностью лишена недостатков — всех этих привычных глазу потёртостей, царапин и прочих несовершенств (помните, у Земфиры: «я помню все твои трещинки»?), до такой степени, что не воспринимается зрителем как что-то жизненное и реальное и потому также теряет в привлекательности. Это вдвойне верно в отношении одушевлённых объектов и втройне — для человеческих лиц, к деталям которого наше внимание особенно чувствительно. Именно поэтому трёхмерные модели приходится умышленно «де-идеализировать», а проще говоря, портить, — затем, чтобы они выглядели убедительнее, живее и достовернее. Выходит, что некоторая доза несовершенства — необходимая составляющая привлекательности и залог интереса к объекту нашего внимания.

На днях я лишний раз вспомнил этот позабытый «антифотографический» тезис, когда проходил практикум по текстурированию в Substance Painter. Ведь назначение этой программы именно в том, чтобы с помощью текстур придать трёхмерной модели убедительность, настоящесть, всамделишность.

На картинке слева — исходная 3D-модель керосиновой лампы. Выглядит неплохо, но уж слишком она безликая и потому не особенно интересна. Учитывая, что для рекламы керосиновых ламп мы её использовать не планируем, что нужно сделать, чтобы придать ей характер, историю и визуальный интерес? Как вариант, немного её испортить (см. картинку справа): потравить виртуальной ржавчиной и извозить в виртуальной грязи. Для пущей антифотографичности можно также вывалять керосинку в виртуальных перьях, но я пока не знаю, как это делается. Однако, как говорится, мы над этим работаем.

Поделиться
Отправить
Запинить
Популярное